Search the Community

Showing results for tags 'культура'.

Found 3 results

  1. Музыка

    Музыка (от греч. musikе, буквально — искусство муз), вид искусства, который отражает действительность и воздействует на человека посредством осмысленных и особым образом организованных звуковых последований, состоящих в основном из тонов. Музыка — специфическая разновидность звуковой деятельности людей. С другими разновидностями (речь, инструментально-звуковая сигнализация и т. д.) её объединяет способность выражать мысли, эмоции и волевые процессы человека в слышимой форме и служить средством общения людей и управления их поведением. Вместе с тем она существенно отличается от всех остальных разновидностей звуковой деятельности людей. Сохраняя некоторое подобие звуков реальной жизни, музыкального звучания принципиально отличаются от них строгой высотной и временной (ритмической) организованностью. Эти звучания входят в исторически сложившиеся системы, основу которых составляют тоны. В каждом музыкальном произведении они образуют свою систему вертикальных соединений и горизонтальных последований — его форму.  В содержании музыки главенствующую роль играют эмоциональные состояния и процессы. Их ведущее место в музыкальном содержании предопределяется звуковой и временной природой музыки, позволяющей ей, с одной стороны, опираться на многовековой опыт внешнего выявления людьми своих эмоций и передачи их другим членам общества прежде всего и главным образом посредством именно звуков и, с другой — адекватно выражать эмоциональное переживание как движение, процесс со всеми его изменениями и оттенками, динамическими нарастаниями и спадами, взаимными переходами эмоций и их столкновениями.  Из различных видов эмоций музыка воплощает главным образом настроения. Широко представлены в музыкальном содержании также эмоциональные стороны интеллектуальных и волевых качеств личности. Это позволяет данному виду искусства раскрывать не только психологические состояния людей, но и их характеры.  Музыке доступно содержание разных родов: эпическое, драматическое, лирическое. При этом, однако, в силу её неизобразительной природы наиболее близка ей лирика.  Материальным воплощением содержания музыки, способом его существования служит музыкальная форма — та система музыкальных звучаний, в которой реализуются эмоции, мысли и образные представления композитора. Даже взятые в отдельности, музыкальные звучания обладают уже первичными выразительными возможностями. Каждое из них способно вызвать физиологическое ощущение удовольствия или неудовольствия, возбуждения или успокоения, напряжения или разрядки, ощущения тяжести или лёгкости, тепла или холода, темноты или света, а также простейшие пространственные ассоциации.  В каждом музыкальном произведении из отдельных элементов его формы в процессе их объединения и соподчинения складывается общая структура, состоящая из нескольких частных структур. К последним относятся структуры: мелодическая, ритмическая, ладогармоническая, фактурная, тембровая, динамическая и др. Особое значение имеет тематическая структура, элементами которой служат музыкальные темпы. В большинстве музыкальных стилей именно темы являются материальными носителями музыкальных образов.  Музыка обладает своей структурой. Так, в развитой музыкальной культуре творчество представлено многими разновидностями, которые могут быть дифференцированы по различным признакам. По типу содержания музыка классифицируется как: лирическая, эпическая, драматическая, а также героическая, трагическая, юмористическая и т. д.; в ином аспекте — серьёзная музыка и легкая музыка. По исполнительскому назначению: вокальная и инструментальная; в ином аспекте — сольная, ансамблевая, оркестровая, хоровая, смешанная. По синтезу с другими видами искусства и со словом: театральная музыка, танцевальная музыка, программная инструментальная, мелодрама, вокальная со словами. Музыка вне синтеза — вокализы и «чистая» инструментальная. В свою очередь, первая разделяется на зрелищную и концертную, вторая — на массово-бытовую и обрядовую. Каждая из образовавшихся четырёх разновидностей может быть дифференцирована и далее.    Автор: Горская Наталья
  2. 1 Поль Сезанн Игроки в карты 97х130см 1895 Цена - $250 млн год продажи - 2012 частные торги 2 Пабло Пикассо Сон 97х130см 1932 Цена - $155 млн год продажи - 2013 частные торги 3 Фрэнсис Бэкон Три эскиза с Лусиеном Фрейдом 1969 198×147,5см Цена - $142,4 млн год продажи - 2013 Кристис 4 Джексон Поллок Номер 5 244х122 см 1948 Цена - $140 млн год продажи - 2006 Сотбис 5 Виллем де Кунинг Женщина III 171х121 см 1953 Цена - $137,5 млн год продажи - 2006 6 Густав Климт Портрет Адели Блох Бауер 136х138 см 1907 Цена - $135 млн год продажи - 2006 Сотбис   7 Эдвард Мунк Крик 1895 Цена - $119,992 млн год продажи - 2012 Сотбис 8 Джаспер Джонс Флаг 1932 Цена - $110 млн год продажи - 2010 частные торги 9 Пабло Пикассо Обнаженная на фоне бюста и зеленых листьев 1932 Цена - $106,482 млн год продажи - 2010 Кристис 10 Барнетт Ньюман Свет Анны 1968 Цена - $105,7 млн год продажи - 2013 частные торги 11 Энди Уорхол Серебряная автокатастрофа (Двойная авария) 204х400 см 1963 Цена - $105,4 млн год продажи - 2013 Сотбис 12 Пабло Пикассо Мальчик с трубкой 99,7х81,3 см 1905 Цена - $104,168 млн год продажи - 2004 Сотбис 13 Энди Уорхол Восемь Элвисов 1963 Цена - $100 млн год продажи - 2008 14 Пабло Пикассо Портрет Доры Маар 103х 97 см 1941 Цена - $95,216 млн год продажи - 2006 Сотбис 15 Тициан Диана и Актеон 1556-1559 184.5 x 202см Цена - £50 млн год продажи - 2009 16 Густав Климт Портрет Адели Блох-Бауэр II 190х120 см 1912 Цена - $87,936 млн год продажи - 2006 Кристис 17 Марк Ротко Оранжевое, красное, жёлтое 1961 Цена - $86,7 млн год продажи - 2012 Кристис 18 Фрэнсис Бэкон Триптих 1976 Цена - $86,2 млн год продажи - 2008 Сотбис 19 Винсент ван Гог Портрет доктора Гаше 66 - 57 см 1890 Цена - $82,5 млн год продажи - 1990 Кристис 20 Клод Моне Пруд с кувшинками 1919 Цена - $80,5 млн год продажи - 2008 Кристис 21 Джаспер Джонс False Start 170,8х137,2 см 1959 Цена - $80 млн год продажи - 2006 22 Энди Уорхол Бирюзовая Мэрилин 1964 Цена - $80 млн год продажи - 2007 23 Леонардо да Винчи Спаситель мира 1490-1500 Цена - $75-80 млн год продажи - 2012 частные торги 24 Пьер Огюст Ренуар Бал в Мулен де ла Галетт 131 - 175 см 1876 Цена - $78,1 млн год продажи - 2002 Сотбис 25 Питер Пауль Рубенс Избиение младенцев 142х182 см 1609-1611 Цена - $75,930 млн (£49,506,650) год продажи - 2002 Сотбис 26 Марк Ротко №1 (Королевский красный и синий) 1954 Цена - $70,1 млн год продажи - 2002 Сотбис 27 Марк Ротко Белый центр 1950 Цена - $72,8 млн год продажи - 2007 Сотбис 28 Энди Уорхол Авария зеленой машины 1963 Цена - $71,72 млн год продажи - 2007 Кристис 29 Тициан Диана и Каллисто 1556-1559 187х204,5см Цена - £45 ($71,7) млн год продажи - 2012 30 Винсент ван Гог Портрет художника без бороды 41 - 32,5 см 1889 Цена - $71,501 млн год продажи - 1998 Кристис 31 Фрэнсис Бэкон Портрет говорящего Джорджа Дайера 1966 198.2х147.3 см Цена - $70,04 млн год продажи - 2014 Кристис 32 Ганс Гольбейн мл Дармштадтская Мадонна 1525-1526 Цена - $70 млн год продажи - 2011 частные торги 33 Тициан Портрет Альфонсо д'Авалос 1533 Цена - $70 млн год продажи - 2004 34 Амедео Модильяни Сидящая обнаженная на диване 1917 100х65 см Цена - $68,962 млн год продажи - 2010 Сотбис 35 Томас Икинс Клиника Гросса 1875 240х200 см Цена - $68 млн год продажи - 2007 36 Ци Байши Орел на сосне 26х10см 1946 Цена - $65,4 млн год продажи - 2011 Китай Гардиан 37 Виллем де Кунинг Полицейская газета 110 - 127,5 см 1955 Цена -$63,5 млн год продажи - 2006 38 Энди Уорхол Мужчины в ее жизни 1962 Цена -$63,4 млн год продажи - 2010 Phillips de Pury 39 Ван Мэн Переселение Жичуана ок. 1350 Цена - $62,11 млн год продажи - 2011 Пекин Поли аукцион   40 Клиффорд Стилл 1949-A-№1 93х79см 1949 Цена - $61,7 млн год продажи - 2011 Сотбис 41 Поль Сезанн Натюрморт с кувшином и драпировкой 59 - 72,4 см 1893-1894 Цена - $60,503 млн год продажи - 1998 Сотбис 42 Казимир Малевич Супрематическая композиция 1916 Цена - $60 млн год продажи - 2008 Сотбис 43 Джексон Поллок Номер 19 78.4х57.4 см 1968 Цена - $58,364 млн год продажи - 2013 Кристис 44 Винсент ван Гог Пшеничное поле с кипарисами 73 - 93,4 см 1889 Цена - $57 млн год продажи - 1993 Steven Mazoh & Co. 45 Хуан Грис Натюрморт на клетчатой скатерти 116.5х89.3 см 1915 Цена - $56,658 млн год продажи - 2014 Кристис 46 Пабло Пикассо Женщина со скрещёнными руками 58,5 - 81,5 см 1901-1902 Цена - $55,006 млн год продажи - 2000 Кристис 47 Поль Гоген Купальщицы 1902 Цена - $55 млн год продажи - 2005 48 Винсент ван Гог Ирисы 71 - 93 см 1889 Цена - $53,9 млн год продажи - 1987 Сотбис 49 Фрэнсис Бэкон Этюд к портрету Иннокентия Х 1965 Цена - $52,7 млн год продажи - 2007 Сотбис 50 Фрэнсис Бэкон Триптих 1974-1977 198-147,5 см Цена - $51,7 млн (£26,34 млн) год продажи - 2008 Кристис 51 Пабло Пикассо Свадьба Пьеретты 115 - 195 см 1905 Цена - $51,670 млн (300 млн Fr.) год продажи - 1989 Binoche Paris 52 Пабло Пикассо Портрет Анхеля де Сото 69,5 - 55 см 1903 Цена - $51,586 млн год продажи - 2010 Кристис 53 Марк Ротко Номер 15 Цена - $50,4 млн год продажи - 2008 Кристис  
  3. На одной из недавних встреч со зрителями молодая женщина, явно не заставшая расцвет Художественного театра и его предыдущих поколений, вдруг спросила: «А что значит Станиславский в сегодняшней театральной практике? Почему так часто поминают его специалисты и продолжают спорить: нужен – не нужен? Что такое его система и жива ли она?» А в самом деле, кто он для нас сегодня, ху есть ху, мистер Стани­славский? Цитируют надо – не надо, часто для того, чтобы потом опровергать… Ссылаются на него, порой оправдывая собственные несовершенства… Объект для нападок отечественного «авангарда», старенький продырявленный щит, за которым всё труднее бывает спрятаться ревнителям старины. Так что – далёкий классик, вспоминаемый лишь из вежливости, или живая помощь? Помеха на пути или надёжная опора? Увы, чаще всего повод для воспоминаний, как после Бородинской битвы «бойцы вспоминают минувшие дни…» и, как водится, «да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя: богатыри – не вы!»… Постараюсь вернуться к давно выученному и оттого подзабытому. Когда великие основатели МХТ Станиславский со своим соратником Немировичем-Данченко много часов сидели в «Славянском базаре» и оговаривали принципы организуемого ими театра, для них было крайне важно (и эти качества даже вошли в название театра – Художественный, Общедоступный), чтобы с самого начала были ясны идейные и этические составляющие нового дела. Они-то и подвергаются сейчас если не словесным нападкам, то повсеместному вытеснению из общепринятой практики. Прежде всего – в «мужской» части театра, теперь имени Чехова, возглавляемой после Олега Ефремова совсем другим Олегом – Табаковым, хотя и оба они ученики мхатовской школы. Московского зрителя отсекли многотысячными ценами на билеты (а ведь государство и мы – все налогоплательщики – дотируем театр!), да и большинством своих спектаклей. Не хочу вдаваться в обсуждение этих спектаклей, о них много спорят и говорят, но, очевидно, эпатажный характер, скандальные до неузнаваемости переделки классиков (теперь в компанию с Достоевским, Горьким, Островским, Шекспиром даже Дюма попал!) отвратили от театра старую интеллигенцию, пенсионеров, студентов, слишком многих. А театр-то не частный, государственный. Национальное достояние! Вот и самый близкий их сосед, бывший мхатовский филиал, теперь самостоятельный, громко позиционирующий себя как Театр наций, возглавляемый тоже мхатовцем и учеником Олега Павловича Евгением Мироновым, по семейным «связям» стремящийся как можно дальше убежать от главного учителя, назначает на роль князя Мышкина в готовящемся «Идиоте» Ингеборгу Дапкунайте, а на роль Настасьи Филипповны, наоборот, мужчину. «Мы не репетируем, а тренируемся», – сказала недавно модная актриса в модном телешоу про готовящийся «модный» спектакль. Продукт, тренинг… – театральные термины сегодняшнего дня. Ясно, что Станиславский с его этическими и эстетическими принципами – враг новых русских. Сами представления о жизни теперь стали слишком разные, противоположные, антагонистичные. Имущественное неравенство «богач – бедняк» даёт возможность тем, у кого деньги, кто оказался наверху, свысока смотреть на копошащихся внизу «маленьких» людей, заказывать для себя что помоднее, поэлитнее, позаковыристее. На высоте небожителей востребованы заумь, непотребство. Им ни к чему содержательный человечный театр, общедоступный, художественный, репертуарный, ансамблевый, психологический. Стоит, кстати, вспомнить, что Станиславский с Немировичем замышляли своё дело теперь уже более ста лет назад в похожих обстоятельствах социального напряжения, обострившихся общественных противоречий трудной жизни народа. Ещё уместно вспомнить, что и тогда в России внедрялся капитализм и для нового театра тоже были важны заработки. «Хлебом запахло!» – прыгал Станиславский на нарах в декорациях горьковского «На дне», когда в бессчётное число раз закрывался и открывался занавес на премьере, не смолкали овации. И не бегали там актёры нагишом, не ругались матом, не занимались прилюдно сексом. Рынок-то ведь тоже бывает разный. И почему в угоду низменным вкусам, толстому кошельку, «кэшу», как сейчас говорят, продавать всё, что свято? Что для души, для ума и сердца, а не только для кассы! И не только для нижнего этажа человеческой особи. Неудивительно, что, казалось бы, самое нейтральное, не политика, не идеология, а художественные принципы Станиславского стали объектом ожесточённых нападок и неутихающей профессиональной войны. За человека или против человека, за уважение к нему или за унижение, возвышающее человека искусство или опускающее его до низменных животных инстинктов и потребностей, – вот что сегодня делит общество. Неслучайно Станиславский и его великий театр – пример, школа, отношение к его урокам – в числе прочего тоже ожесточают людей. Вроде бы узкопрофессиональная проблема становится социальной, касается не только театралов, всего общества. Какими нам быть? Куда идти? Как развиваться? Не останавливаться же на утвердившейся сейчас расхожей норме: Большой театр – для богатых. Изыски МХТ – для них же… А толпе, быдлу – шутки ниже пояса Петросяна, убогие телевизионные сериалы, где всё ясно с самого начала: герой – мерзавец, олигарх – бандит, плохой милиционер – хороший… Зачем тревожиться по Станиславскому: «Играешь злого – ищи, где он добрый…» И так сойдёт! Маски вместо характеров, удивить чем угодно, а потом хоть трава не расти… Зачем мучиться поисками?! Неинтересен стал обществу, государству обычный человек с его заботами и сложностями – значит, обойдётся он без Большого театра (так недоступно дорого) и Станиславского. Кстати, парадокс, но именно Станиславский был в России основоположником той самой профессии режиссёра, которая сейчас стала средоточием многих бед современного театра, болевым центром. Сопротивляться могучему валу пошлости и дурному вкусу становится всё труднее. И Станиславского как союзника уничтожают, выводят из борьбы. «Устарел»… На помойку истории его! Его система и сейчас – помощь талантливому спектаклю, актёру, режиссёру, а не ремесленнику. Жизнь «человеческого духа» по Станиславскому отражать не хотят, да и разучились. Гении между собой, даже заочно, никогда не спорили. Метод работы над спектаклем Станиславского, инструментарий психологического театра успешно использовался в русских спектаклях по пьесам Бертольда Брехта, казалось бы, совершенно чуждой эстетической системы «Карьера Артура Уи» в БДТ, «Добрый человек из Сезуана» у Юрия Любимова, «Мамаша Кураж» в давнем спектакле Максима Штрауха с Юдифь Глизер в главной роли. Даже в абсурдной пьесе Э. Ионеско «Стулья» режиссёру Александру Вилькину благодаря методике Станиславского удалось создать полнокровные характеры и сыграть трогательную историю о двух одиноких стариках, обогатить пьесу. Но ведь есть же ещё, есть последние ученики. Последние, считающие себя приверженцами Станиславского, они-то сейчас – что? Где? Как? Смотрю спектакль одного из «последних могикан», считающегося классиком, Леонида Хейфеца на сцене Театра имени Маяковского «Отцы и сыновья» – почему-то в ирландском варианте Брайана Фрила наши отечественные тургеневские «Отцы и дети». Стильные, красивые светло-бежевые костюмы, много красивых цветов в горшках на сцене, интеллигентные, не повышающие голоса артисты, вроде как в прошлом веке, как по Станиславскому… Но всё это имитация! Жизнь без страсти и напряжения. На языке профессионалов – без действия, неинтересная, лишь внешне обозначенная для самих исполнителей. Ни интересных характеров, ни событий, ни конфликтов. А у опасных противников – всё ярко, громко, нахально. Так мы Станиславского не защитим. И вправе будут сказать зрители: полезно – значит, невкусно… Любую идею, тем более профессиональную систему, школу можно защитить лишь талантливыми спектаклями. Не везёт в последнее время и приверженцу великого учителя Александру Вилькину с его театром «Вишнёвый сад». Действительно же, зритель может подумать, что театр Станиславского был скучным и неинтересным. Зачем же он теперь такой?! Неужели хватит, отъехали? Во множестве спектакли, объявляемые «психологическими» и будто бы по школе Станиславского, – лишь текст, одетый в костюмы. Такая простота воистину хуже воровства и не лучше… Серебренникова с Богомоловым. В нашем деле – впрочем, как и в любом другом – принципы защищают действиями, а не спорами. Что-то слишком неблагополучно стало в нашем «датском королевстве», в отечественном театральном деле. Пора… Пора… Пора… всем нам, к нему причастным, задуматься! И не только задуматься и ругаться. А «дело делать, господа!» Каждому своё. Ответственно, честно. Профессионально. И талантливо. Не бывает без этого искусства. И значит, рано сбрасывать со счетов Станиславского. Лучше вернуться к нему.   Источник: Igz.ru